ДЕЛО № А55-31670/2020

Дата подачи искового заявления: 24.11.2020

Дата принятия решения судом первой инстанции: 10.03.2021

Истец: ПАО СК «Росгосстрах»

Регион регистрации истца: Самарская область

Ответчик: ООО Компания «БИО-ТОН»

Объект страхования: урожай сельскохозяйственных культур

 

Дата подачи апелляционной жалобы: 30.03.2021

Дата принятия решения судом апелляционной инстанции: 29.06.2021

Заявитель: ПАО СК «Росгосстрах»

 

СУТЬ ДЕЛА

ПАО СК «Росгосстрах» обратилось в Арбитражный суд Самарской области с исковым заявлением к ООО Компания «БИО-ТОН» о взыскании неосновательно полученной суммы страхового возмещения в размере 54 714 717,50 рублей, госпошлины в размере 200 000 рублей.

25.03.2016 между ПАО СК «Росгосстрах» (страховщик) и ООО Компания «БИО-ТОН» (страхователь) заключен договор сельскохозяйственного страхования (урожай сельскохозяйственных культур с государственной поддержкой), согласно которому были застрахованы имущественные интересы ООО Компания «БИО-ТОН», связанные с риском утраты (гибели) урожая сельскохозяйственной культуры (далее — договор страхования).

Согласно договору страхования, объектом страхования являются имущественные интересы страхователя, связанные с риском утраты (гибели) урожая сельскохозяйственной культуры на всей площади посева/посадки в хозяйстве страхователя в результате воздействий событий, указанных в договоре.

Договором страхования предусмотрено, что страховая премия уплачивается страхователю в рассрочку:

первый страховой взнос в сумме 1 296 960,88 руб. уплачивается не позднее 31.03.2016;

второй страховой взнос в сумме 18 577 254,44 руб. уплачивается не позднее 24.06.2016;

третий страховой взнос в сумме 19 874 215,31 руб. уплачивается не позднее 20.04.2017.

По указанному договору страхователем произведены платежи:

25.03.2016 в размере 1 296 960,88 руб.;

21.04.2016 в размере 20 367 140,19 руб.

Материалами дела подтверждается, что 03.06.2016 дополнительным соглашением к договору сельскохозяйственного страхования № 04/194/16 в связи с изменением площадей посева/посадки стороны уточнили размер страховых взносов и срок их уплаты.

На основании дополнительный соглашений страховщик вернул страхователю излишне уплаченную сумму страховых взносов по договору сельскохозяйственного страхования в размере 1 789 885,75 руб. Таким образом, сумма страховых взносов, уплаченных ответчиком, составила 19 874 215,32 руб.

Из материалов выплатного дела следует, что в период договора страхования (письмо ФГБУ «Приволжское УГМС» от 28.10.2016) зафиксировано наличие почвенной засухи и суховея в Челно-Вершинском районе (в период цветения подсолнечника и налива семянки острый дефицит осадков на фоне высокой температуры воздуха), что привело к недобору урожая на полях ответчика, расположенных в Челно-Вершинском районе Самарской области.

В соответствии с уведомлением о наступлении страхового события от 29.08.2016, направленным ответчиком в адрес истца, вышеуказанное событие признано страховым случаем. На основании страхового акта от 02.02.2017 платежным поручением от 03.02.2017 страховщик произвел страховую выплату в размере 109 429 435 руб.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Самарской области от 26.06.2019 по делу № А55-264/2019, оставленными в силе вышестоящими судебными инстанциями, во взыскании в пользу ПАО СК «Росгосстрах» с ООО Компания «БИО-ТОН» остатка страховой премии в размере 19 874 215,31 руб. по договору № 04/194/16 от 25.03.2016 отказано.

Истец полагает, что на стороне ответчика имеет место неосновательное обогащение в размере 54 714 717,50 руб., поскольку страховое возмещение было произведено истцом в размере 109 429 435,00 руб. из расчета страховой премии в размере 33 207 108,46 руб., а не 19 874 215,32 руб.

 

ПОЗИЦИЯ СУДА (первой инстанции)

В удовлетворении иска отказано

Размер исковых требований, руб.: 54 914 717,5

Размер удовлетворенных требований, руб.: 0

Материалами дела подтверждается, что истец не воспользовался своим правом, закрепленным ч. 4 ст. 954 ГК РФ, на уменьшение суммы страхового возмещения, подлежащего выплате, на сумму просроченного к уплате третьего страхового взноса по договору сельскохозяйственного страхования, и произвел страховое возмещение 03.02.2017 — уже за пределами срока действия договора сельскохозяйственного страхования и в отсутствие уплаты оставшейся суммы страховой премии в размере 19 874 215,32 руб.

Согласно ч. 1 ст. 958 ГК РФ, договор страхования прекращается до наступления срока, на который он был заключен, если после его вступления в силу возможность наступления страхового случая отпала и существование страхового риска прекратилось по обстоятельствам иным, чем страховой случай.

Согласно договору страхования, объектом страхования являлись имущественные интересы страхователя, связанные с риском утраты (гибели) урожая сельскохозяйственной культуры на всей площади посева/посадки в хозяйстве страхователя в результате воздействия событий, указанных в договоре.

Вступившими в законную силу судебными актами по делу № А55-264/2019, имеющими в силу ст. 69 АПК РФ преюдициальное значение при рассмотрении настоящего дела, а также предоставленными в материалы дела подтверждается, что заключенным между истцом и ответчиком договором сельскохозяйственного страхования (с учетом дополнительного соглашения от 11.08.2016) предусмотрен окончательный срок уборки урожая — 01.12.2016, а дополнительными соглашениями, заключенными сторонами 01.12.2016, изменялись срок внесения третьего страхового взноса и срок окончания действия договора, в связи с уборкой урожая сельскохозяйственных культур и, как следствие, невозможностью наступления страхового случая у страхователя отсутствовал интерес в сохранении этого имущества и в силу ч. 1 ст. 958 ГК РФ был прекращен не позднее 21.11.2016.

В силу вышеуказанных обстоятельств суд приходит к выводу, что истец не воспользовался своим правом, закрепленным ч. 4 ст. 954 ГК РФ, на уменьшение суммы страхового возмещения, подлежащего выплате, на сумму просроченного к уплате третьего страхового взноса, при этом, заведомо зная об отсутствии у него обязательства по перечислению страхового возмещения в размере 109 429 435,00 руб., добровольно перечислил указанные денежные средства ответчику, в связи с чем в силу п. 4 ст. 1109 ГК РФ неосновательное обогащение в размере 54 714 717,50 руб. не подлежит возврату ответчиком.

Кроме того, ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая, что выплата страхового возмещения осуществлена истцом 03.02.2017, срок действия договора страхования № 04/194/16 от 25.03.2016 истек 28.04.2017, а иск предъявлен ПАО СК «Росгосстрах» в ноябре 2020 года, истцом пропущен срок исковой давности.

Довод истца о том, что ему стало известно о переплаченной сумме страхового возмещения в размере 54 714 717,50 руб. только 09.09.2019 — на дату вступления в законную силу решения Арбитражного суда Самарской области по делу № А55- 264/2019, в связи с чем срок на обращение в суд с требованием о взыскании неосновательно полученной суммы страхового возмещения не пропущен, судом отклоняется, поскольку основан на ошибочном толковании норм права, регулирующих спорные правоотношения в их совокупности применительно к обстоятельствам настоящего спора.

Страховое возмещение исчислено и уплачено ПАО СК «Росгосстрах» самостоятельно, в отсутствие уплаты страховой премии в полном объеме, следовательно, оно должно было знать об излишне уплаченной сумме страхового возмещения уже в момент его уплаты.

В силу ч. 2 ст. 199 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. В этом случае сам факт истечения срока исковой давности служит самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Таким образом, в иске следует отказать также и в связи с истечением срока исковой давности.

Источник: решение Арбитражного суда Самарской области

 

ПОЗИЦИЯ СУДА (апелляционной инстанции)

Решение Арбитражного суда Самарской области от 10.03.2021 по делу № А55-31670/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу — без удовлетворения

Суд первой инстанции правильно применил срок исковой давности.

В силу правовой позиции, сформированной Президиумом ВАС РФ в постановлении от 22.03.2011 № 14378/10 и решении от 13.03.2012 № ВАС-15916/10, к требованию о взыскании неосновательного обогащения применяется общий срок исковой давности, установленный ст. 196 ГК РФ; срок исковой давности по требованию о взыскании неосновательного обогащения исчисляется в отдельности по каждому из неосновательно произведенных платежей.

Частью 1 ст. 196 ГК РФ предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (ч. 1 ст. 200 ГК РФ).

Учитывая, что выплата страхового возмещения осуществлена истцом 03.02.2017, срок действия договора страхования от 25.03.2016 истек 28.04.2017, а иск предъявлен ПАО СК «Росгосстрах» в ноябре 2020 года, истцом пропущен срок исковой давности.

Довод истца о том, что ему стало известно о переплаченной сумме страхового возмещения в размере 54 714 717,50 руб. только 09.09.2019 на дату вступления в законную силу решения Арбитражного суда Самарской области по делу № А55-264/2019, в связи с чем срок на обращение в суд с требованием о взыскании неосновательно полученной суммы страхового возмещения не пропущен, правомерно отклонен судом первой инстанции, поскольку основан на ошибочном толковании норм права, регулирующих спорные правоотношения в их совокупности применительно к обстоятельствам настоящего спора.

Страховое возмещение исчислено и уплачено ПАО СК «Росгосстрах» самостоятельно, в отсутствие уплаты страховой премии в полном объеме, следовательно, оно должно было знать об излишне уплаченной сумме страхового возмещения уже в момент его уплаты.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что исковые требования являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.

Положенные в основу апелляционной жалобы доводы являлись предметом исследования арбитражным судом при рассмотрении спора по существу, и им дана надлежащая оценка.

Выводы арбитражного суда первой инстанции соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм права.

Сведений, опровергающих выводы суда, в апелляционной жалобе не содержится.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену обжалуемого судебного акта, не установлено. Оснований для отмены решения суда не имеется.

Источник: решение Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда